Открыть оригинал
Деловое медиа · Россия ↔ Китай

Парадокс миграционной политики

22.07.2026 Автор: Анна Мацовская Рубрики: Сейчас в фокусе · Спецпроекты

Российские власти продолжают лихорадочно метаться в поисках решения кадрового кризиса. С одной стороны, звучат правильные заявления о развороте миграционной политики в сторону ужесточения, однако внутри этого курса формируется противоречие, которое аналитики предпочитают не замечать: отказываясь от хаотичной трудовой миграции из Центральной Азии, государство одновременно пытается перенаправить потоки из Индии, Бангладеш, Непала, Шри‑Ланки, Вьетнама и стран Африки. О том, почему это путь в никуда – рассказал Сергей Новиков, руководитель направления «Миграционные процессы» в экспертном совете общероссийского проекта «Демографическая платформа.рф».

Повторение пройденного

Сергей Новиков

«За последние пятнадцать лет Россия прошла полный цикл отношений с трудовой миграцией из стран Центральной Азии. В начале 2010‑х годов мигрантов рассматривали как спасительный ресурс. К середине 2020‑х их воспринимают как источник рисков: криминальные диаспоры, неуплата налогов, этнические анклавы, антимигрантские настроения в обществе и коррупционная составляющая, о которой на ВЭФе говорил на тот момент первый замглавы МВД генерал‑полковник Горовой.

Теперь, после теракта в «Крокусе» весной 2024 года и последовавшей волны ужесточений, власти пытаются «обнулить» систему. Вместо долгосрочной семейной миграции предлагается организованный набор по контракту — модель «кафала» по образу богатых стран Аравийского полуострова.

Однако привлечение работников из Южной Азии и Африки не решает ключевых проблем.

Как показывает опыт, многие мигранты, приезжающие исключительно на заработки, относятся к принимающей стране как к «дойной корове». Для них Россия — чужая земля. А значит, по сложившейся логике, на чужой земле можно не платить налоги, создавать закрытые анклавы, перевозить семьи сверх меры и нарушать закон с минимальными последствиями.

Нет никаких оснований полагать, что работник из Бангладеш или Непала поведёт себя иначе, чем его предшественник из Узбекистана или Таджикистана. Через пять‑семь лет российские власти с большой вероятностью получат тот же набор проблем: мощные диаспоры, коррупционные схемы, нагрузку на социальную инфраструктуру и новый виток ксенофобии и социальной напряжённости.

Демографический тупик: почему рабочих рук становится только меньше

Однако главная проблема лежит глубже. Аналитики Re:Russia справедливо отмечают, что новая концепция исходит из приоритета собственной рождаемости над миграционным приростом. Но здесь возникает демографический парадокс.

По данным исследователей РАН, дефицит кадров в России уже достигает почти 5 миллионов человек. Согласно прогнозу НИУ ВШЭ, к 2045 году дефицит квалифицированных специалистов может составить 15 миллионов человек — около 20 % рабочей силы. Одновременно, как отмечалось на ВЭФ‑2024, текущий выпуск в 1 миллион студентов к 2035 году сократится вдвое — до 500 тысяч.

В этих условиях простая замена одного пула мигрантов на другой является тактическим, а не стратегическим решением. Временные работники, привязанные к конкретному работодателю (модель «кафала»), не производят на свет детей, не платят налоги как полноценные граждане и не формируют устойчивый спрос на внутреннем рынке. Они лишь оттягивают кризис, но не решают его.

Единственная альтернатива

Вне поля зрения государственной миграционной политики остаётся колоссальный ресурс, который оценивается в 20–50 миллионов человек. Речь идёт о соотечественниках, проживающих за рубежом. Среди них — не менее 5 миллионов высококвалифицированных специалистов: инженеров, врачей, IT‑специалистов.

При этом многие из них хотят вернуться на историческую родину. И не в качестве временных работников, видящих в России «дойную корову», а как полноценные граждане, готовые растить детей в стране с традиционными ценностями, строить карьеру и платить налоги.

Однако существующая система создаёт для таких людей непреодолимые барьеры. Бюрократические процедуры, отсутствие комплексной поддержки, сложности с нострификацией дипломов и трудоустройством — всё это заставляет соотечественников оставаться за рубежом или искать другие страны для релокации.

Разработанная общероссийским проектом «Демографическая платформа.рф» программа возвращения соотечественников предлагает системное решение. Её фокус — не на одиноких трудовых мигрантах, а на полных семьях (двое взрослых с двумя и более детьми).

Именно такие семьи являются наиболее устойчивой ячейкой общества и дают мультипликативный демографический и экономический эффект.

Экономические расчёты показывают, что прямые бюджетные вложения в такую программу окупаются в соотношении 1:7,3 по прямым налогам и до 1:25 с учётом полного мультипликативного эффекта. Каждый привлечённый специалист‑соотечественник обходится бюджету в 10–20 раз дешевле, чем подготовка аналогичного кадра с нуля.

Идеологический выбор

Аналитики Re:Russia приходят к выводу, что новая миграционная политика России продиктована не экономикой, а идеологией. Это наблюдение верно лишь отчасти. Идеология действительно присутствует — но не та.

Власти почему‑то упорно цепляются за идею «контролируемого импорта рабочей силы» и готовы тратить колоссальные средства на их адаптацию, обучение русскому языку, правовой культуре и, самое главное, привитие наших традиционных духовно‑нравственных ценностей. Однако, как показывает европейский опыт, это практически невозможно сделать в больших масштабах. При этом игнорируют собственный человеческий капитал за рубежом. Вместо того чтобы создать зелёный коридор для миллионов русскоязычных специалистов, страна продолжает экспериментировать с мигрантами из Южной Азии и Африки, которые заведомо не будут интегрироваться в общество.

Это тем более странно на фоне риторики о «традиционных ценностях» и «цивилизационном ковчеге». Если Россия позиционирует себя как защитница традиционного уклада, то почему она не помогает вернуться тем, кто разделяет эти ценности и говорит на русском языке? Если главная угроза — размывание культурного кода, то почему государство создаёт условия для появления новых этнических анклавов вместо того, чтобы усиливать собственный культурный фундамент?

Риски и перспективы

По мнению экспертов, нынешний курс на переориентацию миграционных потоков на Индию, Бангладеш, Непал и Африку несёт в себе несколько категорий рисков.

Во‑первых, это воспроизводство уже знакомой проблемы «неинтегрируемых диаспор» с коррупционной составляющей, о которой говорят в МВД.

Во‑вторых, это рост теневого рынка труда. Как показывает опыт патентной системы, любые ограничения при сохраняющемся дефиците кадров порождают посредников и коррупционные схемы.

В‑третьих, это упущенная выгода от непривлечения соотечественников. Каждый год промедления означает, что квалифицированные русскоязычные специалисты окончательно закрепляются за рубежом, обрастают семьями и теряют связь с исторической родиной.

В условиях, когда дефицит кадров измеряется миллионами человек, а выпуск студентов сокращается вдвое, продолжать делать ставку на временных работников из стран, не разделяющих российские ценности, — это стратегическая ошибка"."

ВВП · КРАТКАЯ АНАЛИТИКА

Суть материала

Материал показывает противоречие текущего курса: ужесточая миграционную политику, государство одновременно ищет новый внешний источник дешёвого труда. Такая замена не закрывает структурный дефицит кадров, а лишь переносит прежние издержки на новую географию. Временный контрактный набор даёт тактическую передышку, но не укрепляет налоговую, демографическую и потребительскую базу.

Что это значит для бизнеса

Для бизнеса это сигнал не считать внешний временный найм устойчивым решением. Даже при расширении набора дефицит людей, издержки на администрирование и зависимость от посредников могут сохраниться, а регуляторные и социальные риски — вырасти.

Что изменилось

Фокус обсуждения смещается с вопроса, откуда завозить работников, на вопрос, решает ли сама модель временной миграции кадровый дефицит. Важен не новый источник рабочей силы, а то, что замена одного потока другим не даёт долгосрочного эффекта ни для рынка труда, ни для налоговой базы, ни для демографии.

Кому важно

Прежде всего это важно для строительства, логистики, ЖКХ, АПК, промышленности и других сфер, зависящих от массового найма. Также материал значим для регионов и крупных работодателей, которым приходится учитывать не только доступность рабочей силы, но и стоимость контроля, размещения и администрирования.

Практика: что делать

Работодателям и регионам стоит планировать кадры без предположения, что внешний набор быстро и дёшево закроет дефицит. Практический вывод — заранее снижать зависимость от временного найма, учитывать риск серых схем и закладывать рост операционных затрат на контроль, оформление и адаптацию персонала.

Риски и ограничения

Материал построен на экспертной позиции и полемически оценивает миграционный разворот, а не фиксирует принятое решение государства. Поэтому выводы важны как рамка для оценки рисков, но не как признак немедленного изменения правил. Отдельно не доказана и практическая реализуемость альтернативы через массовое возвращение соотечественников.

Источники

Сергей Новиков — руководитель направления «Миграционные процессы», экспертный совет проекта «Демографическая платформа.рф», Re:Russia, РАН, НИУ ВШЭ