18 сентября президент США подписал H.R. 5334 — закон, который открывает Вашингтону путь к пошлинам до 100% на весь импорт из отдельных третьих стран. В зоне риска — крупнейшие покупатели российской нефти или газа: после 18 октября их новые закупки российского сырья могут стать формальным основанием для такого тарифа. Для цепочки поставок российской нефти в Китай это не объявленная санкция, а чётко поставленная дата, после которой меняются условия сделки.
О подписании H.R. 5334 сообщил Белый дом. Division A документа называется Lindsey O. Graham Sanctioning Russia and Iran Act of 2026. Закон вводит отдельный механизм торговых пошлин в отношении стран, подпадающих под критерии Section 113, а не устанавливает автоматический тариф для конкретного государства в день вступления в силу.
Механизм охватывает страны из числа пяти крупнейших покупателей российской нефти или газа за предусмотренный законом период, если после 30-дневного срока они совершают новые закупки российского сырья. В отдельную категорию могут попасть до пяти стран, которые американские власти определят как крупнейших содействующих обходу ограничений против экспорта российской нефти.
Отсчёт начался 18 сентября и завершается 18 октября 2026 года. До этой даты закон не запускает описанный тарифный режим в отношении новых закупок. И после неё пошлина не возникает автоматически: для её применения нужны административные решения США. Закон также требует направить Конгрессу письменное обоснование как минимум за 10 дней до введения, изменения или корректировки такой пошлины.
Китай в тексте закона не назван адресатом меры, и немедленная пошлина против КНР не установлена. Но китайское направление здесь — не сторонний сюжет. По опубликованной таможенной статистике КНР, в августе Китай импортировал 11,223 млн тонн российской нефти — на 22,61% больше, чем в июле, и на 41,35% больше, чем годом ранее. Китай остаётся одним из ключевых рынков сбыта российской нефти, а потому американский механизм напрямую касается условий, в которых китайские НПЗ и трейдеры будут оформлять новые партии после 18 октября.
Риск относится не только к цене нефти и физическому объёму закупок. В российско-китайской цепочке он затрагивает расчёты, банковский комплаенс, страхование, фрахт, маршрутизацию и контрактные оговорки: каждое новое обязательство по поставке после пороговой даты окажется в поле более жёсткой проверки.
Масштаб возможной ставки делает вопрос чувствительным и для китайского товарного экспорта в США. По данным Бюро переписи населения США, американский импорт из Китая в январе—июле 2026 года составил 156,39 млрд долларов, в том числе 27,07 млрд долларов в июле. Ни размер ставки для КНР, ни её адресное применение по состоянию на 24 сентября не объявлены. Но 18 октября уже становится датой, которую участникам нефтяной торговли РФ—КНР придётся учитывать при согласовании новых условий.